21 год без тебя - Алина Ермолаева

– Мам, я потерял одного человека. И я должен его найти. И пока не найду, не будет мне покоя.

– Это ты о себе? – она лукаво улыбнулась. Первый раз за весь вечер. Он знал, она сердится на него из-за его лжи.

– Себя ты точно потерял, я не узнаю своего сына. Где мой честный, принципиальный Женя? Почему ты не сказал мне правды? Зачем нужно было лгать столько времени?

– Я не хотел, чтобы ты переживала. И потом, было стыдно признать свое поражение.

Женя хотел провалиться сквозь землю. Он так уважал мнение матери, что менее всего ему хотелось бы видеть разочарование у нее в глазах.

– Это еще не поражение. Могло бы быть и хуже, как с Михаилом, – ответила она.

Женя рассказал и про Мишку. Не хотелось, но ему пришлось.

– С ним все будет нормально. Даже хорошо, – уверил ее Женя.

– Откуда ты знаешь? Наркотики дело серьезное.

– Просто знаю и все.

Они сидели за столом, который мама накрыла к приезду сына, пораньше освободившись с работы. Жене было хорошо впервые за долгое время. Присутствие мамы рядом придавало потерянное ощущение уверенности в завтрашнем дне. Ему так хотелось рассказать ей об Алисе, всю правду от начала до конца, но он знал, она не поверит ему. Он бы и сам ни за что не поверил, расскажи ему кто-нибудь подобную историю раньше. Кроме того, в нем поселилась уверенность в том, что как только он расскажет кому-то свой секрет, немедленно потеряет и свой шанс разыскать Алису. Он понимал всю хрупкость этого шанса, а потому очень боялся с ним расстаться.

– Мама, ты веришь в любовь? – вдруг спросил Женя.

Она на минуту задумалась. А потом ответила.

– Если бы я в нее не верила, у меня не было бы такого красивого и умного сына.

– Скажи… Ты ведь любила отца? – осторожно спросил он.

– Конечно любила, – мама вздохнула.

– А он тебя?

В глазах у матери показались слезы.

– Мам, прости, я не хотел тебе причинить боль.

«Ну, что я за идиот такой?» – подумал он.

– Ничего. Это ничего, – немного успокоившись, ответила мама. Женя обратил внимание на то, как она постарела за время его отсутствия. Он корил себя за то, что так редко приезжал ее навестить. Ему хотелось, очень хотелось видеть ее чаще, но он целыми днями работал.

– Расскажи мне, сынок, лучше о том, что у тебя стряслось? Кого ты потерял?

– Девушку. Любимую девушку.

Женя чуть не сказал это слово – «жена». А ведь Алиса была именно ею. Они венчались в храме и говорили друг другу клятвы. В прошлой жизни он носил кольцо на безымянном пальце правой руки и такое же надел на пальчик той, что так стремительно вошла в его жизнь, наладив в ней все, но чью жизнь он загубил.

– Она просто ушла? И ты не знаешь, где ее искать?

Мама взяла его за руку, и Женя почувствовал тепло этой руки, которое проникало прямо в сердце.

– Можно сказать, что так.

– Значит, по-настоящему ушла, – грустно заметила мама.

– Вот что я тебе скажу. По-настоящему женщина уходит не тогда, когда она кричит, что все кончено, плачет и рушит все вокруг. По-настоящему она уходит тогда, когда умирает её последняя надежда. Если это случается, она просто исчезает из твоей жизни без слов и каких либо объяснений, стирая следы и ориентиры, не реагируя больше на твоё существование совсем. Словно никогда её и не было в твоей жизни. А тебя в её.

Мама не знала, насколько точными были ее слова. У Жени так заболело внутри, что-то такое, чему он не мог дать определение. Он схватился за грудь, не в силах вытерпеть боль.

– Ох, Женечка! Не переживай так. Что же ты мне про нее никогда даже не рассказал-то?

Женя не знал, как ответить матери. Ведь он рассказывал ей об Алисе еще год назад, сидя на этой же кухне. Он говорил о том, какая Алиса замечательная девушка, а мама слушала, не перебивая, а потом коротко ответила:

«Ты береги ее, сынок. Женщину беречь нужно».

Тогда он не придал значения этой фразе. А сейчас понимал, насколько она была права.

– Я ее не сберег, мам. И она покинула меня.

– Раз у нас такой разговор пошел, то слушай всю правду о своем отце. Пришло время, видно, мне нарушить молчание.

Женя с удивлением посмотрел на мать. Они почти никогда не касались темы отца. Женя помнил его смутно, он был слишком мал, когда отца не стало в их с мамой жизни. Он помнил лицо и улыбку, помнил его руки. Отец казался ему настоящим великаном, добрым и сильным. От него всегда исходило тепло и защита. Однажды, учась уже в первом классе, Женя спросил маму:

– А как умер папа? Что с ним случилось? Ведь он же был еще совсем не старенький?

– Просто заболел. Такое бывает и не со старыми людьми, заболел и его не стало.

– А я тоже могу вот так заболеть, и меня не станет?

– Ты не можешь.

– Но почему?

– Не можешь и все! Не задавай глупых вопросов, – отрезала мама.

И он не задавал. Позже он решил для себя, что, видимо, у отца была неизлечимая болезнь. Маму вопросами о нем он больше не тревожил. И вот теперь он с удивлением смотрел на нее. Он заметил, как затряслись ее руки, и уже пожалел о том, что начал этот разговор. Но она вдруг решительно встала и направилась в гостиную. Женя проследовал за ней. Он увидел, как мама открывает шкаф и достает оттуда какую-то картонную коробку, наподобие той, в каких хранится обычно обувь. Прижав коробку к груди, мать села на диван, Женя присел рядом.

– Вот, сынок, – она открыла коробку и достала оттуда пачку писем. Их было много.

– Это письма. Твой отец не умер. Он…

Мама не смогла закончить фразу, слезы полились у нее из глаз. Женя захотел утешить ее, но она жестом отстранила его.

– Все хорошо, – сказала она и протянула Жене одно письмо. Он взял и осторожно вынул из конверта сложенный вдвое тетрадный листочек.

«Ты только не храни обо мне плохое, пожалуйста. Знаешь, мне всегда было плевать на то, какой след я оставила в душе кого-то. Меня никогда не заботило и не заботит впечатление, которое я произвожу на людей. Пусть себе малюют, кто белые крылья за моей спиной, а кто рога черта на голове – мне нет до этого никакого дела. Но вот в твоём сердце мне бы хотелось оставить от себя что-то тёплое и нежное. Нечто такое, о чем подумав случайно, ты улыбнёшься. Я же постараюсь думать о тебе поменьше. Не обещаю. Люблю. Не твоя я».

Женя ничего не понял.

– Это же твое письмо.

– Да, это все мои письма ему. Те, что я писала, но так и не отправила.